Ах...

Лирическая, хотя и почти документальная книга Владимира Арсеньева и красивый фильм-притча Акиро Куросавы. Самый лучший фильм о нашей цивилизации, о язычестве и его судьбе. История дружбы офицера-интеллигента,"вашего благородия", с язычником-голдом, таёжным охотником Дерсу.
Хотя фильм старый, всё равно рекомендую посмотреть.

История имеет документальную основу. Член Императорского географического общества, очень трудолюбивый и везучий, победивший лихорадку в пойме Амура и энцефалитного клеща на Курильских склонах, Владимир Арсеньев в 1906 году предпринимает новую экспедицию в абсолютно не исследованную горную область Сихотэ-Алиня. Именно там произошла встреча петербургского интеллектуала, ученого и путешественника с одним из самых мощных магов Сибири. «Увидев лицо этого человека, я сразу понял, что это существо обладает острым умом и невероятной внутренней силой, которую мне не раз пришлось испытать на себе в будущем».

ХАНЯЛА (душа)
Стрелок объяснил мне, что надо идти по тропе до тех пор, пока справа я не увижу свет. Это и был огонь Дерсу. Шагов триста я прошёл в указанном направлении и ничего не видел. Я хотел уже было повернуть назад, как вдруг слабо сквозь туман в стороне заметил отблеск костра. Не успел я отойти от тропы и пятидесяти шагов, как туман вдруг рассеялся.
То, что я увидел, было так для меня неожиданно и ново, что я замер на месте и не смел пошевельнуться. Дерсу сидел перед огнем лицом ко мне. Рядом с ним лежали топор и винтовка. В руках у него был нож. Уткнув себе в грудь небольшую палочку, он строгал её и тихо пел какую то песню. Пение его было однообразное, унылое и тоскливое. Он недорезал стружки до конца. Они загибались одна за другой и образовывали султанчики. Взяв палочку в правую руку и прекратив пение, он вдруг обращался к кому то в пространство с вопросом и слушал, слушал напряжённо, но ответа не было. Тогда он бросал стружку в огонь и принимался строгать новую. Потом он достал маленькую чашечку, налил в неё водки из бутылки, помочил в ней указательный палец и по капле
бросил на землю во все четыре стороны. Опять он что то прокричал и прислушался. Далеко в стороне послышался крик какой то ночной птицы. Дерсу вскочил на ноги. Он громко запел ту же песню и весь спирт вылил в огонь. На мгновение в костре вспыхнуло синее пламя. После этого Дерсу стал бросать в костёр листья табаку, сухую рыбу, мясо, соль, чумизу, рис, муку, кусок синей дабы, новые китайские улы, коробок спичек и наконец пустую бутылку.
Дерсу перестал петь. Он сел на землю, опустил голову на грудь и глубоко о чём то задумался. Тогда я решил к нему подойти и нарочно спустился на прибрежную гальку, чтобы он слышал мои шаги. Старик поднял голову и посмотрел на меня такими глазами, в которых я прочёл тоску. Я спросил его, почему он так далеко ушёл от фанзы, и сказал, что беспокоился о нём. Дерсу ничего не ответил мне на это. Я сел против него у огня. Минут пять сидели мы молча. В это время опять повторился крик ночной птицы. Дерсу спешно поднялся с места и, повернувшись лицом в ту сторону, что то закричал ей громким голосом, в котором я заметил нотки грусти, страха и радости. Затем всё стихло. Дерсу тихонько опустился на своё место и стал поправлять огонь. Накалившаяся докрасна бутылка растрескалась и стала плавиться.
Я не расспрашивал его, что всё это значит, я знал, что он сам поделится со мною. И не ошибся.
— Там люди много, — начал он. — Китайцы, солдаты… Понимай нету, смеяться будут, — мешай.
Я не прерывал его. Тогда он рассказал мне, что прошлой ночью он видел тяжёлый сон: он видел старую развалившуюся юрту и в ней свою семью в страшной бедности. Жена и дети зябли от холода и были голодны. Они просили его принести им дров и прислать тёплой одежды, обуви, какой нибудь еды и спичек. То, что он сжигал, он посылал в загробный мир своим родным, которые, по представлению Дерсу, на том свете жили так же, как и на этом. Тогда я осторожно спросил его о криках ночной птицы, на которые он отвечал своими криками.
— Это ханяла , — ответил Дерсу. — Моя думай, это была жена. Теперь она все получила. Наша можно
в фанзу ходи.

Ночные тени в лесу исчезли; по всей земле разлился серовато синий свет утра. И вдруг яркие солнечные лучи вырвались из под горизонта и разом осветили все море.
— Дерсу, — спросил я его, — что такое солнце?
Он посмотрел на меня недоумевающе и, в свою очередь, задал вопрос:
— Разве ты никогда его не видал? Посмотри! — сказал он и указал рукой на солнечный диск, который в это время поднялся над горизонтом.
Все засмеялись. Дерсу остался недоволен: как можно спрашивать человека, что такое солнце, когда
это самое солнце находится перед глазами? Он принял это за насмешку.

 Во время ужина я бросил кусочек мяса в костёр. Увидев это, Дерсу поспешно вытащил его из огня и швырнул в сторону.
— Зачем бросаешь мясо в огонь? — спросил он меня недовольным тоном. — Как можно его напрасно жечь! Наша завтра уехали, сюда другой люди ходи кушай. В огонь мясо бросай, его так пропади.
— Кто сюда другой придёт? — спросил я его в свою очередь.
— Как кто? — удивился он. — Енот ходи, барсук или ворона; ворона нет — мышь ходи, мышь нет — муравей ходи. В тайге много разный люди есть. Мне стало ясно: Дерсу заботился не только о людях, но и о животных, хотя бы даже и о таких мелких, как муравей.

А вот это  на скрине - амба. Самый могущественный люди тайга)))

 В этот день погода стояла хотя пасмурная и туманная, но было душно и сильно парило. Я опасался дождя и спросил мнения Дерсу насчёт погоды. Он сказал, что сейчас состояние погоды такое, что «туман сам ещё не знает, превратиться ему в тучи или рассеяться». Сказал это он по-своему и опять назвал туман «люди». У него это вышло так, как будто туман рассуждал, превратиться ли ему в дождь или подождать немного.

 А это вот украшенная ледышками, гильзами и пустными консервными банками елка в новогодней тайге. Просто очень понравился эпизод: реальный и мистический одновременно.

ps  кстати, все к тому, что вообще сам термин "неоязычество" после этого фильма  кажется...ээээ... игрушечным.

Серия сообщений "Кинокритика":
Часть 1 - Идеалист Алатристе
Часть 2 - Фильм Фонтан. Чулель, или сказка о потерянном времени...
Часть 3 - Вечное сияние чистого разума, или кромешный мрак здравого смысла
Часть 4 - Даун Хаус. Фильм, но не кино...
Часть 5 - Мудрость и трагизм язычества. Дерсу Узала
Часть 6 - АдмиралЪ. Мёртвые сраму не имуть...
Часть 7 - Фрида
...
Часть 48 - Немецкий "Сталинград"
Часть 49 - Потоп
Часть 50 - Солнечный удар