"Звезда" 1949 года, "Звезда" 2002... Фильмы эти все видели, а я вот посмотрела в первый раз. Сильное уж очень было предубеждение против "лейтенантской прозы" Эммануила Генриховича Казакевича... когда в войну на первом месте любовь и военный быт, ну, не знаю... Но, немного почитав отзывы, все же решила рискнуть, и не разочаровалась. Фильмы очень вольно обращаются с этим литературным произведением, и мне это понравилось. И не только это. Но обо всем по порядку.

Первый фильм снят почти сразу после войны, в 1949 году режиссером Ивановым. Блестящие актеры, классики...

Мамочкин - Крючков.

Аниканов - Меркулов

У Казакевича 11 глав из 17 посвящены бытовой жизни и любви. Ну, в этом фильме жизнь до задания занимает одну треть, все-таки прогресс...

но все эти построения, намеки, интриги, влюбленность Кати

диалоги о любви, письма из госпиталей о выздоравливающих мужьях и скромный быт в мощных устойчивых избах, чаепития, полевые цветы, новые назначения парторгов, пишущих стихи

 

даже долго и интересно показанная тренировка-подготовка разведчиков утомляет.

 

до тех пор, пока отряд не отправляется на задание. Главный герой, командир Травкин красив и умен.

 

враги жалкие и неловкие.

 

От погибших товарищей разведчики находят оружие и кучку тел, закрытых ветками. 

 

А в штабе - новый, хороший начальник разведки, он сменяет неквалифицированного и ленивого, который был раньше.

 

Катя за рацией все время вызывает на связь - "Звезда, звезда, ответьте Земле"  и плачет, когда Травкин отвечает.

 

А группа прорывается через облавы... врагов много.

 

В лесу разведчики обнаруживают линию связи и им удается подключиться к ней. Кстати, у Казакевича Травкин сам знал немецкий язык, а тут Травкин сначала отказывает рядовому Голубовскому в участии в операции по причине его мелкого совсем возраста, но после ловкого ответа рядового: “Es ist richtig, aber nicht so wichtig”, что сам же Голубовский переводит, как “Это верно, но не так уж важно”, вопрос о его участии в операции решается. А так бы и остались без переводчика)

 

Голубовский, умирая, едва успевает сказать по-русски, что услышал по-немецки. Рация прострелена. Группа находит сарай, чтобы укрыться.

 

Травкин во время задания все время чертит карту, и передает её парторгу. Они окружены, парторга с Мамочкиным отсылают в штаб, а остальные остаются на прикрытие их отхода. Звездами сигнальных ракет обозначены свои - до них - три километра.

 

По дороге домой парторг и Мамочкин снова встречаются с немцами. Мамочкин принимает огонь на себя,

 

и благодаря этому парторг едва-едва, но доходит к своим.

 

Организуется наступление, и Катя передает сообщения уже другой группе.

 

Развивается мощное наступление - показаны танки и самолеты. Со звездами.

И наши герои, как ни в чем не бывало, воскресшие, отправляются воевать дальше. "К бою" - последние слова фильма.

 

Вторая часть фильма отредактирована Сталиным, и поэтому получилась такая неуклюжая - переснимали-переделывали, и теперь некоторые намеки читаются с трудом...

В фильме Н. Лебедева “Звезда” 2002 года еще больший отход от текста, и изменены пропорции между частями в тылу и на задании. Жизнь до задания занимает в кинофильме 15 минут, из которых еще 3 первые минуты посвящены налету на деревню, ночной бомбежке, чего в прозе Эммануила Казакевича нет. Фильм с первых кадров настраивает на ... космическое...

И это переводит само действие в гораздо более глубокую вселенскую плоскость, война превращается в битву добра и зла..

Звезды здесь везде - самые разные, начиная с Вифлеемской на иконе в хате, где просыпается Катя от бомбежки...


 

На улице она в ужасе носится между взрывами, пока её не прикрывает своим телом Барашкин - командир разведки.

 

А вот и Травкин... Сразу поражает как они все молоды... достоверно молоды, особенно по сравнению с предыдущим фильмом.

Разведчиков в дивизии осталось только двое, Травкин и Мамочкин - такой узнаваемый Санчо Панса или Фигаро,

и вот прибывает пополнение... Рядовой Темдеков, охотник с Енисея, "умеет стрелять", демонстрируя свое умение - выстрелом убивает рыбу в речке.

 

А вот еще хлопец - хорошо знающий местность, "мой дом в тридцати километрах отсюда".

 

А вот и самый маленький - интеллигент Воробьев, Воробушек, чемпион по шахматам... знает немецкий, читает наизусть "Лорелей", и этим подкупает Травкина и Мамочкина.

 

Архетипическая сцена у колодца, как в сказках... Вообще, в фильме отобраны из Казакевича только архепитические сюжетные линии, и многое добавлено, может, это и есть настоящее искусство, когда мужчины - героические, женщины - нежные и верные... вода - чистая, небо - голубое, а враги - злые и страшные... Если в книге Катя считает себя порочной, опытной развратницей, поскольку позволяет себе случайные объятия и поцелуи, то в этом фильме  Катя-школьница, еще не знающая ничего о том, кем она хочет быть, неопытная наивная девочка, становится носителем взгляда ребенка в этом космическом фильме.

 

Космичность есть в тексте и у Казакевича... "Травкин, командир, ощущал  их уже не чужими, отличными от него людьми,  а частями своего  собственного тела. Если на Земле он  мог предоставить им право  жить своей отдельной  жизнью,  иметь  свои слабости,  то здесь, на этой  одинокой Звезде, они и он составляли одно целое."

Но в фильме эта "звездность" возведена в универсальный символ и превращена в сильнейшую еще и визуальную метафору... повыше советских звезд на крыльях самолетов...

Вот Катя после того, как её не взяли на задание.

 

Подготовка к операции перехода границы завершается, а тут как раз заехал после госпиталя Аниканов, и хочет остаться - чтобы пойти на задание с ними...

Ох, какие же они все молодые!

Катя спешит проститься, бежит - и не успевает...

А дальше начинается как бы пограничье во всех смыслах - и в прямом, и в психологическом, и в метафизическом... Причем сделано это настолько здорово, что зритель... вовлекается. Перейдя вместе с героями границу - мы каждую секунду чувствуем - что вот он, чужой мир.

Оператор уверенно дает атмосферные ракурсы.

Стильная музыка  Рыбникова регулирует напряженность, она ненавязчивая, хотя и звучит всё время.

И вот уже в самом начале их увидели - и облава...

Остается только, захлебываясь болотной жижей, залечь в тину.

Германский фельдфебель с подозрением смотрит на тихое болото.

Первый сеанс связи - всё удачно, даже не верится. Вроде бы можно возвращаться...

А тут появляются эсесовцы и техника, много техники - и она перемещается по ночам...

По ночной реке плывут трупы их предшественников - группы, которая ушла раньше... И тоже - звезды...

И вот решили взять немца - хотя это было им и запрещено. Вот Воробьев в люпинах, готовится...

Немец оказался таким же молодым, как и они, он шел и насвистывал Моцарта, когда его взяли. Он рассказал, что знал, но его пришлось убить... Воробьева при этом рвало...

И еще один немец попался... А ведь  нельзя, ох. Этот знал больше, у него обнаруживается карта с нанесенными на неё данными о месте расположения его части, а также некоей станции, на которой, по всей видимости, происходит разгрузка техники. И его немцы хватились и стали поднимать войска на прочесывание местности...

И снова они уходят в поля и леса... Становятся, по определению немцев "лесными духами", лешими). И вправду - здесь важен только дух, нацеленный на выполнение своей задачи - всё остальное отсекается.

Казакевич вот как романтично пишет об этом: "Надев маскировочный халат, крепко завязав все шнурки -  у щиколоток, на животе,  под  подбородком и  на затылке,  разведчик  отрешается от житейской суеты, от великого и от малого. Разведчик уже не принадлежит ни самому себе, ни своим начальникам, ни своим воспоминаниям. Он подвязывает к поясу гранаты и нож,  кладет за пазуху  пистолет. Так он отказывается от всех человеческих установлений,  ставит себя вне закона, полагаясь отныне только на  себя.  Он отдает старшине все свои документы,  письма,  фотографии,  ордена и  медали, парторгу - свой партийный или комсомольский билет.  Так он  отказывается  от своего прошлого и будущего, храня все это только в сердце своем.

Он не имеет имени, как лесная птица. Он  вполне мог бы отказаться и  от членораздельной  речи,  ограничившись  птичьим свистом для  подачи  сигналов товарищам. Он срастается  с полями, лесами, оврагами, становится духом  этих пространств  -   духом  опасным,  подстерегающим,  в  глубине  своего  мозга вынашивающим одну мысль: свою задачу.

Они передают еще одну радиограмму - о станции и танках, и Катя в ответ, осмелев, произносит прямо по тексту Казакевича: "мы горячо  обнимаем  вас...  дрожащим  от  волнения  и гордости за  его успех  голосом  и, как  будто  сказав  нечто имеющее прямое отношение к служебным делам, спросила: - Поняли вы меня? Как вы меня поняли?"

 

Воробьев тут совсем лесной дух)

Он и Быков на "попутках" поехали на станцию разузнать... что да как.

А на станции наши... бомбят. Но танки оказываются там картонными муляжами... Быкова в схватке с немцем тяжело ранят, Воробьев помогает ему, убив своего первого немца...

Но Быков не выживает, уже мертвым его тащит Воробей...

Обнаруживается другая станция -  железная дорога, подведенная к карьеру. Там в тайне фашисты готовят наступление, разгружают технику. Такое впечатление - как производство у орков каких-нибудь...

Выглядит как Мордор. Такой же страшный, мультяшный и реальный.

Лежа на земле, легко почувствовать колеса разворачивающейся на тебя машины. Именно так и снимает камера.

Тут на свой страх и риск Мамочкин снова берет немецкого офицера - почти на глазах у всех...

Этот, третий офицер отказывается говорить, но его документов достаточно, чтобы определить сроки наступления. Надо срочно передавать данные, а рации - нет... Её пробило при очередном бегстве от патрулирующих всё и вся немцев.

И облавы не прекращаются, разведчиков ищут целенаправленно 10 тысяч человек.

Катя спит в комнате связистов, не уходит, даже когда нет смены. "Звезда, звезда, ответьте Земле"... но ответа нет.

Разведчики находят рацию - её в бинокль замечает Травкин, вот, в будке у моста.

Хитрость есть некоторая по её включению... левая ручка. Здесь смертельно ранят Воробья, и Мамочкин будет тащить его вместе с рацией,  отстреливаясь.

Все вместе они уходят, но уже, видно, не уйти... и раненный Бражников берет огонь противника на себя, он бежит и за собой отводит немцев. Его берсеркерское состояние и гибель отлично переданы совершенно улетной, полетно-кружащейся съемкой.

А преследуемые разведчики нашли небольшой сарайчик и залезли на чердак... Там голуби. Слезы мешают смотреть.

Истекающего кровью Воробьева уже ничто не может спасти.

Травкин безответно повторяет в трофейную рацию - "Земля, Земля, ответьте Звезде"... И тут камера взлетает... И мы видим эту Землю, пролетаем над ней...

Вокруг сарайчика собираются немцы.

Их очень много. 

А Травкин всё повторяет и повторяет. "Земля, Земля, ответьте Звезде"... И вот его услышали, и под обстрелом ему удается передать сведения...

А потом фашисты доставляют огнемет и Звезда сгорает. Фраза Мамочкина "А умирать-то не хочется" - последняя.

Погибают все разведчики.

Один из немцев, окружающих горящий сарай, снимает каску...

А Катя настойчиво вызывает "Звезда, Звезда, ответьте Земле!"... и её не остановить. На  протяжении всего фильма слышим мы эту фразу, поначалу такую "производственную", а тут, в финале, выросшую до поистине космического символа.

Фильм заканчивается рассказом о том, что каждую весну души погибших ... отовсюду устремляются в родные края, чтобы увидеть свою цветущую родину за которую отдали свои жизни…

А я в заключение хочу сказать, что хорошие современные фильмы тоже бывают...

Серия сообщений "Кинокритика":
Часть 1 - Идеалист Алатристе
Часть 2 - Фильм Фонтан. Чулель, или сказка о потерянном времени...
...
Часть 43 - Первые испытания. На ростанях
Часть 44 - Полнолуние. Фильм "Юрьев день"
Часть 45 - О "Звездах"...
Часть 46 - Деточки
Часть 47 - Географ глобус пропил
Часть 48 - Немецкий "Сталинград"
Часть 49 - Потоп
Часть 50 - Солнечный удар