Ничего нового. Совсем случайно как-то подумала, что пушкинскими стихами о любви живут уже почти 10 (!) поколений. Стараются соответствовать, так же чувствовать, теми же словами говорить… И если немного поразмыслить, то ничего удивительного нет: Пушкин (1799-1837) – такой же мужик как и все (ой). Но – гениальный поэт, и при этом – искрений очень. Ему удалось просто отразить общий архетип, немного поправить и стереть пыль с древней мозаики. И с тех времен – ничего в мужской природе не изменилось, да и вообще – архетипы  не изменяются. Люблю Пушкина. Интересно поговорить с ним - о жизни и о любви, просто по-человечески, ну и с бабским, не без того, интересом))). Жаль, что в «любовную лирику» Пушкина традиционно «заносятся» только вырванно-избранные стихи. Попробую воспроизвести эволюцию хронологически, и субъективно, конечно, вспоминая то, что наизусть вспоминается; и осмелюсь утверждать, что любовь к женщине по-пушкински – это любовь мужчины – вообще. Интересно сложить мозаику этой любви – и смальточки складываются, стоит только, конечно, учитывать возраст…Думаю, не каждому мужчине суждено пройти все стадии, это ничего общего с реальным временем не имеет, некоторые застревают.. или проскальзывают)))

1. Вот типичный, горячий только что почувствовавший силу, и блаженство красоты, и осознавший физиологию и ее власть, пятнадцатилетний юноша.

Пленяй же, Хлоя, красотою!
Стократ блажен любовник тот,
Который нежно пред тобою
Осмелясь о любви поет.
В стихах и прозою на сцене
Тебя клянется обожать,
Кому ты можешь отвечать,
Не смея молвить об измене;
Блажен, кто может роль забыть
На сцене с миленькой актрисой,
Жать руку ей, надеясь быть
Еще блаженней за кулисой!
1814

Стоит отметить, что упражняться в «науке страсти нежной» дворянским юношам той поры было с кем, была возможность и набраться опыта, пусть небезвозмездно. Но любви никто не отменял)

Эльвина, почему в часы глубокой ночи
Я не могу тебя с весельем обнимать,
На милую стремить томленья полны очи
И страстью трепетать?.
1815

А вот – уже семнадцатилетний.

Любовь одна - веселье жизни хладной,
Любовь одна - мучение сердец:
Она дарит один лишь миг отрадный,
А горестям не виден и конец.
1816

2. И вот за пять лет – уже вполне взрослый мужчина. И что же думает он о любви?
«Сцена из Фауста» - потрясающий по воспитательной силе диалог, особенно для девушек. Молодые люди обычно тупят глазки. То, что говорит Мефистофель – не цинично, это просто – правда, архетип молодого, уже опытного и умного мужчины.

Ф а у с т

Мне скучно, бес.

М е ф и с т о ф е л ь

Что делать, Фауст?
Таков вам положен предел,
Его ж никто не преступает.
Вся тварь разумная скучает:
Иной от лени, тот от дел;
Кто верит, кто утратил веру;
Тот насладиться не успел,
Тот насладился через меру,
И всяк зевает да живет -
И всех вас гроб, зевая, ждет.
Зевай и ты.
<…>
Ф а у с т

                 Перестань,
Не растравляй мне язвы тайной.
В глубоком знанье жизни нет -
Я проклял знаний ложный свет,
А слава... луч ее случайный
Неуловим. Мирская честь
Бессмысленна, как сон... Но есть
Прямое благо: сочетанье
Двух душ...

     М е ф и с т о ф е л ь

          И первое свиданье,
Не правда ль? Но нельзя ль узнать,
Кого изволишь поминать,
Не Гретхен ли?

     Ф а у с т

            О сон чудесный!
О пламя чистое любви!
Там, там - где тень, где шум древесный,
Где сладко-звонкие струи -
Там, на груди ее прелестной
Покоя томную главу,
Я счастлив был...

М е ф и с т о ф е л ь

               Творец небесный!
Ты бредишь, Фауст, наяву!
Услужливым воспоминаньем
Себя обманываешь ты.
Не я ль тебе своим стараньем
Доставил чудо красоты?
И в час полуночи глубокой
С тобою свел ее? Тогда
Плодами своего труда
Я забавлялся одинокий,
Как вы вдвоем - всё помню я.
Когда красавица твоя
Была в восторге, в упоенье,
Ты беспокойною душой
Уж погружался в размышленье
(А доказали мы с тобой,
Что размышленье - скуки семя).
И знаешь ли, философ мой,
Что думал ты в такое время,
Когда не думает никто?
Сказать ли?

Ф а у с т

Говори. Ну, что?

М е ф и с т о ф е л ь

Ты думал: агнец мой послушный!
Как жадно я тебя желал!
Как хитро в деве простодушной
Я грёзы сердца возмущал!
Любви невольной, бескорыстной
Невинно предалась она...
Что ж грудь моя теперь полна
Тоской и скукой ненавистной?..
На жертву прихоти моей
Гляжу, упившись наслажденьем,
С неодолимым отвращеньем:
Так безрасчетный дуралей,
Вотще решась на злое дело,
Зарезав нищего в лесу,
Бранит ободранное тело;
Так на продажную красу,
Насытясь ею торопливо,
Разврат косится боязливо...
1821

3. Чуть позже, 23-26 лет, следующим этапом, появляется «любовь как игра», это не снижает накала страстей, но возникает раздвоенность по отношению к предмету страсти, рефлексия, чувство дробится в оттенках и фрагментах, оно то исчезает, то возникает снова. Ага, «мимолётное» все-таки, виденье…

Но я любим... Наедине со мною
Ты так нежна! Лобзания твои
Так пламенны! Слова твоей любви
Так искренно полны твоей душою!
Тебе смешны мучения мои;
Но я любим, тебя я понимаю.
Мой милый друг, не мучь меня, молю:
Не знаешь ты, как сильно я люблю,
Не знаешь ты, как тяжко я страдаю.
1823

В крови горит огонь желанья,
Душа тобой уязвлена,
Лобзай меня: твои лобзанья
Мне слаще мирра и вина.
1825

И еще на этом этапе важно – вписать как-нибудь чувство – в общество, в свет, самоутвердиться среди друзей. Вот, например, противопоставить -

Когда, любовию и негой упоенный,
Безмолвно пред тобой коленопреклоненный,
Я на тебя глядел и думал: ты моя, -
Ты знаешь, милая, желал ли славы я...
1825

Ах, да и сюда же – великолепное -

Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.
1825

И сюда же – к тому же адресату – «У дамы Керны ноги скверны», ой, пардон, и тоже самое приятелю, вполне определённо, и жаль, нецензурно -«Вчера, с Божьей помощью…»
Сам по себе эпизод с Керн хорош напоминанием, что, кокетничая одновременно с двумя друзьями, стравливая их и провоцируя, рискушь, что они сядут где-нибудь вдвоем за бутылкой, и так перемоют косточки, что за два столетия не отмоешься))) Ой, но я отвлеклась)

И в этот период как раз возникают утомление от любви "самой по себе" и размышления о её качестве, такая "борьба за качество"…и о жертвенности. Ага – «Я не хочу печалить вас ничем»

Весна, весна, пора любви,
Как тяжко мне твое явленье,
Какое томное волненье
В моей душе, в моей крови...
Как чуждо сердцу наслажденье...
Всё, что ликует и блестит,
Наводит скуку и томленье.
----
Отдайте мне метель и вьюгу
И зимний долгий мрак ночей
1827

Я вас любил: любовь еще, быть может,
В душе моей угасла не совсем;
Но пусть она вас больше не тревожит;
Я не хочу печалить вас ничем.
1829

4. Развитие продолжается. Изменяется и любовь. Пушкину почти тридцать, критерии выбора теперь иные... Мнение света и друзей не так значимы. Он выбирает жену, мечтает о доме.
Сначала неудачно – Оленина отказала.

Она мила - скажу меж нами –
Придворных витязей гроза
И можно с южными звёздами
Сравнить, особенно стихами,
Ее черкесские глаза.
Она владеет ими смело,
Они горят огня живей;
Но, сам признайся, то ли дело
Глаза Олениной моей!
Какой задумчивый в них гений,
И сколько детской простоты,
И сколько томных выражений,
И сколько неги и мечты!..
Потупит их с улыбкой Леля –
В них скромных граций торжество;
Поднимет - ангел Рафаэля
Так созерцает божество.
1828
А вот уже и Гончарова. К ней - знаменитое «в пустом углу моем средь медленных трудов», да и –

Исполнились мои желания. Творец
Тебя мне ниспослал, тебя, моя Мадонна

И совсем не платонически, но …

Нет, я не дорожу мятежным наслажденьем,
Восторгом чувственным, безумством, исступленьем,
Стенаньем, криками вакханки молодой,
Когда, виясь в моих объятиях змиёй,
Порывом пылких ласк и язвою лобзаний
Она торопит миг последних содроганий!

О, как милее ты, смиренница моя!
О, как мучительно тобою счастлив я,
Когда, склоняяся на долгие моленья,
Ты предаёшься мне нежна без упоенья,
Стыдливо-холодна, восторгу моему
Едва ответствуешь, не внемлешь ничему
И оживляешься потом всё боле, боле –
И делишь наконец мой пламень поневоле!
1930

Угу, и ещё – тоже ведь любовная лирика – всё к той же Гончаровой. Пушкину 35, до роковой дуэли три года..

Пора, мой друг, пора! покоя сердца просит -
Летят за днями дни, и каждый час уносит
Частичку бытия, а мы с тобой вдвоём
Предполагаем жить, и глядь - как раз - умрём.

Любовь наполняет собой все стихотворения Пушкина – и такая складывается живая, страстная и переливающаяся мозаика его жизни, а заодно и русский архетип любви к женщине. Любви – иногда восторженной, иногда рассудочной, часто – безумной, а временами – таинственной и загадочной, но всегда - искренней.

Зы. Все стихотворения – сокращены безбожно, извините, а  полные тексты – на расстоянии клика)))