кросспост из ЖЖ - http://drugoi.livejournal.com/2861229.html

Отец Владислав

Памяти моего прадеда
Александра Ивановича Каменского,
православного священника села Каменки
Белевского уезда
Тульской губернии

Недели две назад в ленте "Интерфакса" увидел две короткие строчки текста об отце Владиславе Лободе из Белгородской области, который на свои средства, заложив дом и участок, строит детский дом и дом для престарелых. Было написано, что у батюшки двое своих детей и пятеро приемных, один из которых слепой. На следующее утро я позвонил в Белгородскую епархию, чтобы разыскать контакты отца Владислава. Епархия связалась с ним, тот согласился на встречу, но попросил получить благословение на неё у архиепископа Белгородского и Старооскольского Иоанна. Я написал прошение благословить нашу встречу и послал его в епархию. Через несколько дней владыка дал свое добро и я отправился в путь.

 

Село Сабынино, которое находится в пятидесяти километрах от Белгорода, было родовым имением князей Волконских. Род у князей старинный, ведется от князя Новгородского Рюрика. Князь Федор Иванович Волконский со своим сыном Федором в смутную пору (1604-1605 гг) были воеводами в Белгороде. Князь Иван Федорович в 1639 г. воеводствовал в Усерде (давно исчезнувшем городе на границе Белгородской области). Потомки брата Ивана Федоровича — Петра — поселились здесь надолго и выбрали для себя село Сабынино. Основатель сабынинского имения князь Иван Николаевич Волконский – участник Семилетней войны. Родился в 1730, а в 1758 г. имел чин поручика. В Сабынино у Волконских был большой дом с пристройками, парк с каштановыми и липовыми аллеями. Само село славилось ярмарками, на которые приезжали из самых разных областей России и Украины. Здесь стояла большая красивая церковь, за оградой которой находилась родовая усыпальница князей Волконских. Местные старожилы еще помнят восемнадцать больших надгробных камней с именами основателя имения, его детей и их родственников. После революции церковь была уничтожена, а князья сумели уехать – их не тронули. В княжеском доме устроили школу, но во время войны и она была разрушена до основания. Оставшиеся надгробные камни после войны потихоньку растащили на хозяйственные нужды. В начале шестидесятых, когда в селе поставили памятник погибшим воинам, три надгробных камня, которые остались чудом, установили рядом с тем местом, где когда-то был храм. Это, по сути, всё, что осталось от былого села Сабынино.


После начала перестройки местные колхозы и совхозы постепенно разорились. Были еще попытки возродить на местных полях, которые раньше славились своими урожаями, сельское хозяйство. Приезжали люди из Москвы, покупали остатки ферм, зерновые угодья, но дела шли плохо и теперь, когда едешь по грунтовой дороге от шоссе из города, справа и слева виднеются развалины хозяйственных построек. В Сабынино теперь живут около ста человек - в основном старики. Здесь нет ничего – ни магазина, ни почты, ни поликлиники. Местная начальная школа закрылась — в нее некому стало ходить. Рядом с надгробными камнями князей Волконских стоит разрушенное здание магазина. До Белгорода отсюда не добраться – нужно сначала доехать на автобусе, который ходит три раза в день, до районного центра, а уж оттуда ехать в областной. В центре села огромный пустырь — здесь раньше проходили те самые знаменитые ярмарки и местные жители раньше находили в земле разные диковинные монеты, оставшиеся от тех времен. Сейчас здесь запустение и тишина — жизнь ушла в другие места.


За тремя княжескими камнями виднеются два кирпичных жилых дома. В том, который слева, живет большая семья из одиннадцати человек. Когда-то родители отца Владислава уехали из Белгорода и начали здесь новую жизнь. Отставной военный и преподаватель университета стали фермерами. Теперь это называется "домом батюшки" — Владислав, став священником после окончания Православного Свято-Тихоновского университета, встретил единомышленницу, которая стала матушкой Еленой. Здесь они и живут теперь вместе с родителями отца Владислава и детьми — Иваном, Софией, Андреем, Ксенией, Александрой, Ольгой и маленьким Владиславом, названным в честь приемного отца. Сюда-то я и приехал в прошлую пятницу, чтобы увидеть всё это своими глазами и рассказать об этих людях вам.


Все умещаются в пяти комнатах — живут тесно, но дружно. У трех взрослых девочек две комнаты, батюшка с матушкой спят вместе с малышами, старики живут внизу и еще в одной комнате устроен рабочий кабинет с библиотекой. Есть еще кухня со столовой в пристройке.

"Копейка" на фотографии давно не ездит — это был подарок одного из прихожан и отец Владислав отъездил на ней сполна. Сейчас у семьи на ходу старенькая "четверка", подаренная архиепископом, и такой же полуразбитый "Соболь" — тоже чей-то подарок.



Без машины батюшке никак. Церковь, в которой он служит и, которую пять лет строил вместе со всеми, находится в пяти километрах от его дома — в селе Кривцово. Было время, когда отец Владислав ходил в старую церковь и на строительство новой пешком — чуть ли не каждый день.



В пятницу я попал с корабля на бал — отец батюшки Николай Григорьевич привез меня с вокзала домой, а в церкви в это время уже шла служба. Туда мы и отправились с малышами и их мамой. Все дети, исключая маленьких Владика и Софию, помогают отцу вести службу. В тот день отец Владислав служил молебен святой Ксении Петербургской и девочки пели вместе с матушкой. София сидела то на скамейке, держась за руки Ксении, то у мамы на руках.



В храме с утра холодно и все одеты в теплое.



Пока батюшка вел службу, я знакомился с детьми. Слева – это Иван, родной сын Владислава и Елены, справа — приемный сын Андрей. Андрюшка потом ходил за мной хвостиком, лез в каждый кадр и тщательно проверял результаты на экране фотоаппарата.

Нет, давайте я сделаю, все-таки, небольшое отступление и скажу пару слов про детей, которых взяла к себе семья из Сабынино. Мне рассказали историю каждого из них и каждая такая история способна перевернуть отношение к людям вообще. Я взрослый человек, всякого повидал и меня, как казалось, ничем уже нельзя удивить. Однако, того, что пережил каждый из приемных детей в семье отца Владислава, хватило бы на целый океан человеческого зла и несправедливости. Я не буду писать об этом, это было бы бестактно и бессердечно. Вы просто поверьте и посмотрите на них внимательно. Рядом с нами таких – тысячи. Мы их просто не видим.



У Ксении в пятницу был день ангела. Она читает молитву на старославянском — громко, отчетливо и с большим удовольствием. Ксюша — старшая среди детей, очень серьезная, умеет делать по дому всё.



После службы батюшка причастил всех желающих и, в первую очередь, детей.



Именинникам — простенькие, под стать тощему семейному бюджету, подарки.



Этот небольшой холл перед детскими комнатами заменяет ребятам игровую. Андрей показал как он умеет вертеться на кольцах. Тут же его сменил Ванька, за ним потянулась и маленькая София.



На обед собирается вся семья. В пятницу на столе только постное. Перед началом трапезы батюшка читает молитву, малышня вторит ему невпопад.



В рабочем кабинете стоит гладильная доска – больше её некуда поставить. Матушка гладила мне бельё и рассказывала, как собирает по крохам сведения о Волконских, мечтает найти потомков, привезти их сюда. Матушка Елена, как и отец Владислав, заканчивала Православный университет в Москве. Если отца дети побаиваются, то маму обожают и пытаются помочь ей во всем. Даже в глажке белья, представьте. :-)



Чтобы маленькие заснули после обеда, мама читает им сказку.



Домашний бюджет складывается из детских пособий, пенсий стариков и тех небольших денег, которые иногда остаются от приходской службы. Этого на большую семью не хватает, поэтому в доме живут своим хозяйством. Две коровы, телята, куры. Летом сажают картошку, которую потом весь год едят. Каждый день по два раза — дойка, в которой принимают участие старики и молодежь. На снимке: дедушка Коля доит Ждану.



Родители воспитывают детей трудом. Двое старших – Саша и Ксения — ходят в коровник постоянно и помогают старикам, поят телят, доят смирную корову Зорю.



Та, правда, не очень любит грубоватые девчоночьи руки, зажимает молоко, ждет бабушку Валю, которая с ней разговаривает ласково. Но девицы стараются изо всех сил.



Справа — это Саша, они с Ксенией — погодки. Их отец Владислав несколько лет назад привез из московских детприемников. Саша не помнит своих родителей вообще, говорит об этом, как кажется, легко и просто.



На заднем плане, в розовом — это Оля. Ей девять лет, она ходит во второй класс. Она в доме не так давно и старшие девицы устраивают ей иногда дедовщину, учат уму-разуму. Самая улыбчивая и легкая характером.



Любимое занятие — поить телят разведенным теплой водой молоком.



В пятницу вечером вся семья нарядилась в красивое и устроила концерт для редкого в их доме гостя. Папа играл на баяне, девочки на пианино, дети пели. Было такое счастье смотреть на них и радоваться вместе с ними.



Старших девочек два раза в неделю возят в музыкальную школу в Белгород. Они уже вполне прилично играют и исполнили несколько пьесок в четыре руки, а потом вслух читали стихи.



В субботу утром мы разбирали ёлку.

Это Владик. Последний из тех, кого приняла к себе семья. Мама оставила его в роддоме сразу после рождения (это уже третий такой ребенок у нее). Диагноз у Владика тяжелый — врожденная атрофия дисков зрительных нервов. Думали, что он совсем ничего не видит. Но теперь стали замечать, что малыш реагирует на лица, видит свет и даже какие-то предметы. Может быть, его еще можно будет вылечить. Мальчишка – чудо чудесное. Спокойный, улыбчивый, очень любит ласку, просится на руки и замирает на них, положив голову тебе на плечо.



Ужинали все вместе, как обычно. В семье живут не только приемные дети. Отец Владислав с матушкой привели в дом старика, которого выгнали из дома родственники. Батюшка полтора года вел переписку с Алексеем и Сергеем, когда те сидели в колонии. Теперь они живут здесь, в доме рядом, работают вместе со всеми.



А это еще один приемыш семьи отца Владислава. Мерина Серёгу должны были отвезти на скотобойню, но он теперь доживает свои дни здесь. Гуляет по двору, а ночь коротает в коровнике со Жданой и Зорей.



В субботу утром батюшка и матушка пошли показать мне свои владения в селе. Они задешево купили брошенный домишко, где теперь хотят сделать дом для престарелых. В Сабынино и деревеньках вокруг есть несколько стариков и старух, которых священник хотел бы разместить вместе, заботиться о них, оборудовать одну из комнат под место для служб. Не хватает средств, но батюшка не унывает – он все умеет делать своими руками и надеется, что летом дело продвинется дальше.



— Бог поможет... и дети подсобят.



Университетская подруга матушки пожертвовала им часть денег от наследства и отец Владислав выкупил здание бывшего спиртзавода. Здесь он летом вместе с ребятами делает разное из бетона — плитку, вазы, разную мелочь для дома. Есть небольшие заказы, дело движется. Хочет отделать дом для престарелых "по высшему разряду".



Говорят, в этом ручье император Николай I, когда приезжал к Волконским в Сабынино, крестил своих детей. Тоже самое сделал со своими и отец Владислав. В этом месте еще видны остатки березовой аллеи, оставшейся от имения.



Батюшка показал мне место братской могилы в Сабынино.



Вечером все вместе собирали старый компьютерный стол. Здесь дети будут делать уроки. Мальчишки старались изо всех сил.



Ксения, матушка Елена, Ольга и Саша.



В воскресенье у священника – длинный день. Мы встали с батюшкой в пять утра и отправились в храм. В шесть должно было начаться крещение и отец Владислав спешил — читал утреннюю молитву, сидя за рулем. Должна была приехать семья из районного центра, хотели покрестить трехлетнюю девочку.

Пока батюшка готовился, я натаскал воды из колодца для купели, разогрел чайник.



Требы в Свято-Никольском храме не стоят ничего, но люди, зная, что новый храм только собирает паству, стараются принести что-то батюшке.



Крещение рабы Божьей Анны. Анне все происходящее совсем не нравилось, но батюшка по мере сил пытался её успокоить.



Ни у родителей, ни у крестных нательных крестов не оказалось, поэтому их пришлось покупать здесь же, в храме.





Между тем, в храме потихоньку начал собираться народ на воскресную службу. Была неделя о мытаре и фарисее, начались предваряющие Великий пост службы. В храме еще стояли две сосны, украшенные игрушками и огнями, но к вечеру их убрали.



Совсем уже рассвело. У здания школы, во дворе которой был построен храм, стояла батюшкина "четверка" — надежда и опора семейного благополучия.



Служба уже началась, когда к храму подъехал "Соболь" с матушкой за рулем — она привезла детей. Ксюша, как самая опытная, начала хозяйничать.



Пока большой Владислав вел службу, бабушка Валя кормила кашей маленького Владислава.



Матушка Елена на клиросе.



Для исполнения роли алтарника Ивану сшили маленький стихарь. Обычно непоседливый дома, в храме Ванька преображается и с честью выполняет все свои нехитрые обязанности.



Андрей и Ольга.



В этот день Владик, по-моему, побывал на руках у всех, кто пришел на службу.





Андрей с матушкой.



Православные службы долгие, выдерживают их не все. :-)



Ваня с бабушкой готовятся к причастию. Я впервые за много лет исповедался и причастился. Такому священнику я доверяю.



В колокола здесь звонят только дети. Получается вполне достойно.



Каждый, кто приходит на службу, приносит что-нибудь к общему столу. После окончания службы, исповеди и причастия вся община садится за стол.



У батюшки впереди венчание и вынос сосен с игрушками. Домой он приехал уже тогда, когда мне надо было ехать в Белгород на поезд.


Владик чувствует здесь себя вполне уверенно.



Уехал я с двумя бутылями зорькиного молока, бутылкой сливок и творогом. Дедушка Коля пытался всучить мне ведро белгородской картошки, насилу отбился. За три дня эти люди стали мне близкими и понятными. Им очень тяжело, но они не показывают виду. Они делают большое дело, на таких вот Владиславах и Еленах земля эта и держится. Будут теперь пытаться им помочь по мере своих сил. Хотите вместе – милости прошу.